О наболевшем

Лишь те заслуживают званья гражданина,
кто не рассчитывает абсолютно ни на
кого – от государства до наркотиков –
за исключением самих себя…

Иосиф Бродский

Меня иногда спрашивают: зачем тебе всё это надо? Реши, мол, свои проблемы с армией, и занимайся чем-нибудь попроще, приращением прибыли без ущерба для собственной нервной системы.
Вот о ней, о прибыли, а точнее – о неразрывной связи призыва и рыночной экономики, а также призыва и прав человека, мы сегодня поговорим.

Как известно, статья 59 Конституции РФ провозглашает призыв долгом и обязанностью гражданина РФ. Из этого многие делают вывод, что призыв закреплён Конституцией. Это неверно. Ведь что такое защита Отечества? Это не только защита своей земли с оружием в руках. Это ещё и уплата налогов, и воспитание детей, и попросту законопослушное поведение. Призыв установлен не Конституцией, а Федеральным законом «О воинской обязанности и военной службе». И при этом противоречит Конституции.

Согласно закону, призыву на военную службу подлежат только граждане мужского пола. Возложение дополнительной обязанности на мужчин (= ограничение прав мужчин по сравнению с правами женщин) прямо противоречит требованию ч. 3 ст. 19 Конституции РФ о недискриминации по признаку пола: «Мужчина и женщина имеют равные права и равные возможности для их реализации». Понятно, что разработчики закона, обременяя обязанностью военной службы только мужчин, следовали распространённому полоролевому стереотипу, согласно которому мужчина функционально предназначен для физической борьбы, войны и т.п., а женщина – для воспитания детей и сохранения «семейного очага», круг её интересов ограничен пресловутым “kinder, kirhen, kitchen”. Сейчас проведение в жизнь таких изживших себя (сексистских и, безусловно, близких к расистским) теорий не только неконституционно, но и нелогично. Известно, что маскулинизированная женщина более приспособлена к военной службе, чем феминизированный мужчина. Поэтому если и определять круг лиц, наиболее подходящих к несению военной службе, то хотя бы гендером (социальным полом), но никак не биологическим полом.

Часть 1 ст.27 Конституции РФ предоставляет всем, законно находящимся на территории РФ, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства. В условиях принудительного направления граждан на военную службу ни один из этих трёх элементов права на свободу передвижения не может быть реализован. Самовольное оставление воинской части или места службы и дезертирство (т.е. действия граждан, направленные на реализацию предусмотренного Конституцией РФ права на свободу передвижения) влекут привлечение гражданина, совершившего указанные деяния, к уголовной ответственности (ст.ст. 337 и 338 УК РФ). Право на выбор места пребывания и жительства при призыве также подлежит ограничению: в соответствии со ст. 7 Закона РФ «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и места жительства в пределах РФ», гражданин, призываемый на военную службу, на основании сообщения военного комиссариата принудительно снимается с учёта по месту жительства. Указанное ограничение прав потенциально влечёт за собой нарушение провозглашённого ст. 40 Конституции РФ права на жилище. Известны такие случаи: молодой человек, зарегистрированный по месту жительства вместе с родителями в муниципальной квартире, призывался на военную службу; затем, по сообщению военкомата, его снимали с регистрации, родители за время прохождения службы умирали, квартира заселялась новыми нанимателями, и парень, возвращаясь из армии, становился лицом БОМЖ.

Части 1 и 2 ст. 37 Конституции РФ провозглашают свободу распоряжаться способностями к труду, свободу выбора рода деятельности и профессии, запрещают принудительный труд. Очевидно, что гражданин, призванный на военную службу, в течение срока службы не может ни распорядиться способностями к труду, ни выбрать род деятельности. Выбор за него делает государство в лице призывных комиссий и органов военного управления. Кроме того, труд военнослужащего является принудительным (к сожалению, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод таковым его не считает, но ничто не мешает нам опираться в своих рассуждениях непосредственно на Конституцию РФ, не содержащую оговорки о рассмотрении труда военнослужащего в качестве непринудительного).

Показательно, что государство, ратуя за сохранение варварского института призыва, показывает абсолютное безразличие к состоянию экономики. Экономически активные граждане в призывном возрасте способны принести большую пользу Родине на «гражданке», выплачивая огромные налоги. Нет же: государство гоняется за ген. директором одного из крупнейших машиностроительных предприятий города, и желает отправить его в войсковую часть на год, где будет его содержать, не получая от него никакой пользы. Что ж, забивать гвозди микроскопом – наша национальная забава.

К тому же, призыв граждан в железнодорожные, строительные и медицинские войска стимулирует безработицу среди железнодорожников, строителей и медперсонала. Во всём полуцивилизованном мире функции этих войск выполняют гражданские специалисты. В цивилизованном же мире функции военнослужащих выполняют нанятые работники: США, Канада, Великобритания, Франция, Италия, и пр., и пр., уже перешли к профессиональной армии.

Разумеется, только ДОБРОВОЛЬНЫЙ и ОПЛАЧИВАЕМЫЙ труд может быть эффективным. Сейчас, в условиях постиндустриального общества, общества космических технологий, массовая армия (созданная двести лет назад для того, чтобы набрать кучу народа, посадить на коней, дать в руку шашку, и порубать врага) никому не нужна. Она изжила себя. Посмотрите, как призванные ребята относятся к службе, и поймёте, почему Российская армия потерпела поражение от профессиональной армии Ичкерии.

Надо признать, что призыв не только нарушает права человека, но и ПОДРЫВАЕТ ОСНОВЫ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ. И не надо винить в том, что живём бедно, только власть. Мы виноваты. «Солдатские матери» стоят в пикетах против призыва, собирают подписи, и, кстати, учат ребят, как, основываясь на законе, защитить своё право не служить в армии, - хоть что-то делают. Их совесть чиста. Но многие ли присоединяются к их пикету? А ведь мы – носители государственного суверенитета, полноправные хозяева страны, а не праздные сторонние наблюдатели деятельности государства.

Пытаясь поддержать антипризывное движение, я вступил в СПС. И что увидел? Хакамаду, ратовавшую за проведение референдума, призванного отменить призыв в армию, но забывшую все свои предвыборные обещания сразу, как только была избрана в Думу, да г-на Фриндунбекова, члена городского политсовета, публично упрекавшего меня в том, что не служил в армии. Это как, простите: с одной стороны, мы – за профессиональную армию (наравне с образованием, здравоохранением, искусством, - никто ведь не считает, что скрипачей надо набирать на 2 года по призыву), а с другой – если не служил, то недочеловек? Полное отсутствие логики. Маскулинный шовинизм, увы, взял в СПС верх. О чём не жалею, так о выходе из партии капитулянтов.

Свою лепту в построение гражданского общества, правового государства и рыночной экономики вношу помощью парням в освобождении от призыва. Потому что уже насмотрелся плачущих мальчиков, ведомых под конвоем к эшелону для отправки в часть, их безутешных матерей, 19-летних инвалидов... Я устал жить в состоянии постоянного стресса, думая, вернётся ли друг из армии живым. Я хочу видеть радостные лица парней, получивших освобождение от призыва, хочу видеть их бесконечное удивление от осознания этой несложной истины: в нашей стране законы работают, если грамотно, без лишних эмоций заявить о своих правах. И я это вижу. За 4 с лишним года работы с призывниками – ни одного поражения.

А вы спрашиваете: зачем? Спокойно жить хочу. Без стрессов. Нормальное желание нормального человека.

август 2002 г. Аркадий Чаплыгин, директор ООО «Юридическая фирма «Призывник»